Intercity Kyiv-Detroit


Я снова смотрю в окно, упершись лбом в холодное стекло: свет фар встречных автомобилей высвечивает трещины на латанном полотне асфальта, лужи пузырятся под осенним дождем, капли рисуют на черноте стекла кривые траектории.

Тьма вокруг меня и внутри меня, лишь на короткий миг вспыхивает тусклый свет экрана телефона. Забыл посмотреть показания часов. Так глубоко погружен в пустоту своей тьмы, что потерял нить происходящего. Куда я еду? Зачем? Не могу припомнить — это начит что вопрос несущественен, не стоит и напрягать память. Задерживаю взгляд на погасшем экране телефона, по поверхности искрами пробегаеют случайные блики уличных фонарей. Каким-то чужим, пришедшим извне, знанием, я понимаю — мне удалось убежать от себя; не на долго, на считанные секунды. Через пару мгновений тяжесть существования догонит и вновь навалится на меня всем своим весом, вдавит в кресло и сожмет горло. Но нет, еще нет, секунда тянется долго, словно звенящая в тишине пронзительная нота, когда не разобрать: звучит ли она еще на самом деле, почти совсем затихнув или это призрачное звучание только в твоей голове? Счастье выпущенной в цель, стрелы: ее полет неотвратим и подобен вспышке молнии. Ни сожелений, ни желаний, лишь красота текущего момента, когда все предопределено, победа равна поражению, а поражение — победе. Истинное равнодушие и невовлеченность.

Я переполнен тьмой до края. Я выдыхаю ее, испаряю через поры, выкашливаю сгустками. Холод осени каким-то образом проходит сквозь закрытые окна и наглухо застегнутую куртку и касается сердца, там, где все мы теплые и уъязвимые. Моя рука инстинктивно дергается в сторону соседнего сидения и безуспешно шарит в пустоте, пытаясь схватить что-то. Но через миг я понимаю, что я тут один и вместо теплой ладони - поймал лишь воздух.

И тут случается неизбежное. Время, будто очнувшись ото сна, рвёт вперед; выпущенная стрела достигает цели; а я - прихожу в себя. Больше всего это похоже на то, как когда сильная, игривая волна выбрасывает тебя на берег и тут же отступает назад. И ты лежишь на берегу, неожиданно придавленный своей тяжестью к мокрому песку.

Тяжесть привычно ложится, будто шитая точно по моей мерке, на плечи и я спокойно принимаю её. Когда-то я думал, что это и значит быть взрослым. Разумеется, яростно бунтуя против такого положения вещей, иногда в своей непримиримости доходя до саморазрушения. Но те дни в прошлом. Сейчас я просто жду. Жду, когда наконец-то устанет та, сведенная судорогой хватка, что вцепилась в то, что следовало бы оставить позади, лишний мусор, что тяжелым, но незаметным, грузом лежит на моем сердце. Многие годы я пытался справиться силой, но лишь укрепил ее еще больше. Лишь выше и толще становились эти каменные стены. Тот случай, когда упрямство наказывает самого упрямца. И тем полезнее полученный урок...

Я закрываю глаза и позволяю тьме меня взять.